Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
переделка


Нужно:
50.000 р
Накоплено: 36.380 р


СПАСИБО всем, кто помог!!!

Андрей Рашидович И.
Илья Алексеевич Л.
Сергей Сергеевич Г.
Константин Владимирович С.
Сергей Германович С.
Валентин Владимирович К.
Никита Николаевич Р.
Оксана Артуровна С.
Неизвестный Герой (перевод Я. деньги).
Сергей Владимирович В.
Сергей Владимирович Б.
Неизвестный Герой (Card2Card).
Александр Алексеевич К.
Юрий Константинович Г.
Игорь Леонидович Л
Евгений Владимирович М.
Владимир Юрьевич К.
Борис Анатольевич О (aka Bobyor).
Дмитрий Васильевич К (aka Кинчев).
Павел Андреевич О.
Шамиль Фаритович А.
Нина Леонидовна С.
Илья Алексеевич Л.
Михаил Сергеев.
Slava.
Сергей Федорович Г.
Сергей Михайлович Г.
Отправителю Я.Денег 41001973181078.
Отправителю Я.денег через Киви 12332895639.


Принять посильное участие



Платная скорая

М. Сидоров. Рассказы Для Служебного Пользования. Песнь четвёртая.



М. Сидоров. Рассказы Для Служебного Пользования. Песнь четвёртая.

27.12.2016 21:35:36 | Разместил:
М. Сидоров. Рассказы Для Служебного Пользования. Песнь четвёртая.

Дрюня...

...у нас алкан. Едва мы узрели его сизый, в прожилках, образ, как сразу подумали: ну, б...дь, попали! Вся наша горькая участь на Дрюнином челе была расписана ярко и выпукло, а поскольку все мы, работая на скорой, владеем искусством чтения по лицу, то перспектива расхлёбывания Дрюниного дерьма крайне обескураживала, ибо если и существует ещё в природе кандидат на древнюю английскую должность "Открываетель Океанских Бутылок", то это Дрюня. Осколок сложной судьбы, он изначально причинял добро в ближних пригородах где, в силу особенностей организма, дрейфовал из гавани в гавань, сжигая за собой корабли и сокращая таким образом свою кормовую базу, после чего был вынужден идти на Питер, но его в нём не приняли, а стали как Юденича теснить от окраины к центру и вновь далее на окраину, пока он не прибился к нам где у него, наконец, всё срослось.

А срослось у него потому, что Папа у нас даос и исповедует Недеяние, следуя этому учению неуклонно, как линкор по фарватеру. Всё случившееся у него никакому вмешательству не подлежит и журчит самотёком, ожидая момента разрулиться самостоятельно - так ли, этак ли, но всегда в срок и, само собой, лучшим образом. Оттого и к говну Папа не прикасается: во-первых, оно от этого сильней пахнет, а во-вторых, подсохнув, самостоятельно отпадает. И потому Дрюне у нас вольготно: с утра он дышит разными винами, к обеду уже цветёт дивной сакурой, а после десятичасовых новостей отправляется почивать, запася возле койки початый шкалик - а ну как, проснувшись ночью, забыться понадобится? Диспетчера у нас вышколены, линейный контроль Папе как нож в сердце и посему ночи у Дрюни покойные, пробуждения безмятежные, а аргументы неубиваемые - он ведь не отказывается ездить на вызова, правда? Его просто не отправляют. А ведь он, Дрюня, даже в таком состоянии - ого-го! - по жёрдочке пройдёт не качнувшись, так что все вопросы к диспетчерам.

Так и повелось.

Нет, вы не подумайте - как эскулап и как человек Дрюня вполне неплох, но лишь до тех пор, пока не издаёт свежие благовония. Скажем, он может благородно съездить под пересменку взамест уставшей бригады и даже, при случае, изобразить на вызове нечто геройское, но чего стоит один-единственный его вылет против всех наших ночных рейдов на вражескую территорию из которых машины тянули на базу сваливаясь на крыло и, забывая выпустить шасси, садились, ломая лопасти?

И народ взроптал. И потребовал крови. Папа же, разведя ластами, перечислил сто и один резон невозможности удаления Дрюни из списков и графиков, после чего, в своей обычной манере, обрушился на восставших, заклеймив их текущими косяками и ненаписанными объяснительными, дав тем самым понять, что Дрюня, у которого пылкая его страсть день ото дня пламенела на лике ярче и ярче, пребудет с нами и ныне и присно, чем окончательно укрепил нас в некоторых подозрениях.

Дело в том, что до Дрюни у нас был Петенька. Он был большой законник, дружил с адвокатами, о чём регулярно, дыша со смаком, сообщал Папе, называя его на ты и посылая открытым текстом, а тот прощал - не столько от непереносимости ЛКС, сколько из опасения нарушить естественный ход событий, после чего он едва ли смог бы назвать себя истиным последователем Лао-цзы. А мы, исполнясь надежд, всё ждали когда Папа, заревев берсерком, отбросит вдруг щит, лязгнет мечом и, наполнив пенною брагой Петенькин череп, вопьётся небритым ртом в сырую, трепещущую, вырванную с калькулёзным пузырём Петенькину же печень, но время шло и ничего не менялось, пока Петенька, в своей неприкосновенности не начал ссаться - во сне и алгольных видениях. Этого мы уже стерпеть не могли и, свернув его в бублик, скатили с лестницы с наказом больше не возвращаться. Потрясённый Петенька, не поверив органам чувств, наказу не внял, после чего вторично отбыл со станции под воздействием мощных импульсов точку приложения которых, по-детски радуясь, всякий раз совмещали с Петенькиными глютеусами. Но когда мы, ликуя в экстазе, праздновали победу, избавившись от Петеньки таким уголовно-наказуемым образом, Папа, застав нас хмельных и сонных, взял реванш. То бишь взял Дрюню. Провели его не иначе как по разряду Папиного питомца - других версий нет, - и какие причудливые формы примет гнев руководства коли мы, вкусив произвола, вновь потешим себя судом Линча можно только догадываться. Так что всё стихло.

А Дрюня был не против. Он обжился — кидал пустые бутылки в окно, завёл привычку спать в дневные часы и в лиловости своей стал похож на неких морских обитателей. Папа, правда, не ваыдержал - шепнул близким, чтобы потерпели: наберу, мол, новых людей и уволю вам Дрюню! - и, вы знаете, слово своё сдержал. Уволил. По собственному. Так что Дрюня ушёл красиво - церемониальным маршем, под штандартом и с личным оружием. А Папа нам новых наёмников рекрутировал, но о них - ей-богу, оно того стоит! - отдельной песней...

Продолжение следует.

Михаил Сидоров, декабрь 2016.

Полезная статья? Поделитесь с друзьями из соцсетей!
 

Возврат к списку


Комментарии

Это нравится:0Да/0Нет
Dr.Guevara
Сил! Как всегда, БРАВИССИМО!!!
Завал я в старое время подобных гавриков (ныне это уже вымершее племя). Всегда удиалялся: почему не увольняют, почему держат до последнего - до пьяного мордобоя на подстанции, до серии эпиприпадков на вызове? Почему начальство любой Скоряги, такое непримиримое к любым другим нарушителям, столь лояльно относится (относилось, во всяком случае) к бухающим прямо на смене алкашам???

Это нравится:0Да/0Нет
velomas
Отлично! И главное как знакомо , я таких "дрюней" видел числом -4 четыре. Один трудился на центре в диспетчерской под носом у оперативных врачей и зав.оперотделом а три других работали на станции и пили и обссыкались бывало и в карты на пролет ночью резались правда все ездили на вызова хотя и чудили там особенно покойный доктор К. Но тот после подвига надевал костюм галстук и рысил к начмеду каяться.А начмед был зав.подстанции где К раньше работал.И после тысяча первого китайского предупреждения К назло врагам надевал халат цеплял фонендоскоп и бодро шел на вызов.Почему "Их" терпят? А потому что они никогда не пойдут против начальства .Ну накосячит с пьяных глаз покается а потом идёт искупать.А "дрюня" из диспетчерской когда напивался то оперативная вела его в вестибюль ,поздно ночью и там увещевала-ну ты же не пей ..ну зачем ...А он мятежный ворчал потом шел спать.

Это нравится:0Да/0Нет
Atlant555
Блин , а у нас таких целых пять штук. Именуются : " Клуб саксофонистов" , потому как перед началом смены "дуют в трубочку".
Сначала был квартет - теперь квинтет. Похоже , что заведующая решила духовой оркестр собрать.

Это нравится:0Да/0Нет
сид
"Везде одно и то же, а в Антарктиде, вдобавок, ещё и холодно!" (с)